Александр Шмеман (отрывок из книги «Исторический путь православия»)

«Главной причиной его (раскола - ред.) был вопрос об исправлении церковных книг, но за этим вопросом в церковном сознании стояли более глубокие проблемы и сомнения.

С воцарением Алексея Михайловича при дворе усиливаются «реформаторские» настроения. Это время усиления в Москве киевского влияния, наплыва в Россию западных людей. Но особенно следует отметить восстановление тесных связей с православным Востоком. При Алексее Михайловиче мы несколько раз видим в Москве восточных патриархов: они участвуют и в деле Никона, и в осуждении «старой веры», с ними ведется деятельная переписка, русские люди сами ездят на Восток. И вот, как ни странно, именно эти новые связи с греками оказываются одним из источников раскола и смуты.

В конце концов книги было решено исправить по греческим образцам. Этот «греческий» мотив исходит от царя и близкого к нему кружка «ревнителей». Но в том-то и вся трагедия, что, принимая «греческое», в Москве уже не разбирались в качестве этого «греческого» - очень часто испорченного не менее русского, что вся «права» шла при полном отсутствии культурной и богословской перспективы. И слишком часто авторитетами оказывались подозрительные выходцы с Востока, искавшие в Москве милостыни или наживы и случайно попадавшие в учителя. Исправление книг было вдохновлено не столько возвращением к «духу и истине» православного богопоклонения, сколько стремлением к единообразию и часто легкомысленным грекофильством. Особенно роковой оказалась роль патриарха Никона. У него «была почти болезненная склонность все переделывать и пе­релагать по-гречески, как у Петра впоследствии страсть всех и все переделывать по-немецки или по-голландски. Их роднит также эта странная легкость разрыва с прошлым, эта неожиданная безбытность, умышленность и надуманность в действии» (прот. Г. Флоровский). Слишком много было сразу же наложено проклятий и анафем, слишком все проводилось приказом и указом... Но что еще хуже - греческие книги, напечатанные в Венеции, оказывались часто подозрительными, «латиномудрствующими», как и киевские издания Петра Могилы...

В простой форме тревогу раскольников можно выразить так: если все это священное и святое московское прошлое, если Третий Рим - последний оплот и надежда Православия - оказываются, как утверждают «новаторы», повинными в стольких ошибках и извращениях, почти в отпадении от истины (например, двуперстное перстосложение собор 1656 года осудил как «несторианское»!), то не значит ли это, что истории приходит конец - и близ есть антихрист? «Совсем не "обряд", но "Антихрист" есть тема и тайна русского раскола...

В известном смысле раскол оторвал от Церкви ее лучшие силы - те, для которых уклад и быт были не самодовлеющими ценностями, но проявлением внутреннего максимализма в понимании христианства и его применения в истории...»

Об авторе:

Александр Дмитриевич Шмеман (13.09.1921 - 13.12.1983) - протоиерей Православной церкви в Америке, автор ряда книг, в том числе монографии «Исторический путь православия», впервые изданной в Нью-Йорке в 1954 году.